Тетра Стегеманна

Аквариумистам хорошо известно, что водная система Южной Америки, в том числе, конечно, великая Амазонка, является неисчерпаемым резервом гидробионтов, представляющих большой интерес как для ихтиологической науки, так и для декоративного рыбоводства. В первую очередь это относится к хараковидным. Каждый год в местных речках обнаруживают новые виды разного рода тетр и прочих харацинок, нередко имеющих прелестный внешний вид и становящихся ценным пополнением коллекций любителей и профессиональных разводчиков. Не стали исключением конец 2010 и начало 2011 годов. Известная немецкая фирма Aquarium Glaser в очередной раз представила несколько оригинальных

Тетра Стегеманна

видов харациновых, среди которых и совершенно незнакомые россиянам. Несмотря на «крутую» цену, проигнорировать такое предложение я не смог и в итоге стал обладателем четырех новинок:

— Hyphessobrycon pulc-hripinnis Orange Bolivia;

 — Hyphessobrycon luetkenii;

 — Hyphessobrycon nigri-cinctus;

 — Hyphessobrycon cf. ste-gemanni.

Все они представляют на данный момент большую редкость, поэтому их размножение в аквариумных условиях и закрепление популяции в России явилось для меня задачей номер один. Конечно, можно постоянно приобретать эти раритеты у Glaser, но далеко не каждый любитель имеет возможность пользоваться услугами фирм-экспортеров, да еще и платить десятки, а то и сотни евро за партию.

Первой мне удалось развести тетру Стегеманна (Hyphessobrycon stegemanni Gery, 1961). Приобретенные мною у немцев экземпляры имели длину чуть более 2 см и поначалу особой красотой не блистали. Серенькие, невзрачные, правда, в хорошей кондиции, без внешних признаков болезней. Достаточно подвижные. Новоселы были посажены в 100-литровый карантинник без грунта и растений, с интенсивной аэрацией и чистой, отстоянной водопроводной водой с рН 7, dGH 10° и Т=26°С.

рыбка Тетра Стегеманна

Надо отметить, что рыбки быстро освоились,спокойно плавали и уже на следующий день после обретения нового жилища начали активно питаться. Кормление производил ежедневно подрощенными науплиусами артемии и спируллиновыми хлопьями фирмы Tetra. Кормить сразу живыми и морожеными личинками комаров или трубочником я не рискнул, дабы избежать занесения какой-либо заразы из наших водоемов.

Прошло около двух месяцев. За это время тетры подросли примерно до 3 см и стали набирать свойственную виду окраску. Набирать-то ее они набирали, но существенно отличались от того, что изображено на соответствующем фото в энциклопедии Нельсона. Попытался разобраться и выяснил, что при оформлении заказа упустил из виду незначительную вроде бы деталь. В каталоге глазе-ровцев она шла как Hyphessobrycon cf. stegemanni. То есть в данном случае речь идет не о собственно тетре Стегеманна, а о виде, похожем на него, но пока не получившем собственного места в таксономических анналах.

аквариумная рыбка Тетра Стегеманна

Впрочем, оставим научно-систематический «хлеб» ихтиологам, а сами будем называть рыбку просто стегеманни-тетрой, или, как окрестили ее немцы, саваннатетра, поскольку впервые выловлена она была в саванных участках реки Такантинс и ее притоках. Среди обиходных имен этой харацинки встречается и «плоская тетра». Должен отметить, очень меткое прозвище, так как тело рыбы высокое и значительно уплощенное с боков. Длина моих экземпляров составляет 3,5-4 см, хотя в Интернете в качестве максимума указывается 3 см.

Тетра Стегеманна фотоВообще, форма и окраска H.cf.stegemanni производят весьма приятное впечатление. Плюс ко всему она очень подвижна, маневрена, отлично уживается с другими мелкими тетрами. Нетребовательна к корму и температуре (диапазон приемлемых значений составляет 22-27°С) и своеобразна.

Корпус рыб зеленоватый. Вдоль тела проходит темная полоса, расширяющаяся в зоне «предхвостья» в черное ромбовидное пятно, затем вновь сужающаяся и делящая хвост на два сектора. Если удачно подобрано освещение, над черной лентой просматривается узкая светящаяся полоска. Верхняя и нижняя лопасти хвоста — с красным отливом, заметно более ярким у самцов и меняющим интенсивность в зависимости от качества освещения и настроения рыб. Есть и еще один зримый признак полового диморфизма. Окончания непарных плавников мужских особей вытянуты в длинные косы (как у орнатусов) и украшены очень эффектной дымчато-седой каймой. Глаза у рыб крупные, с желтой радужкой, красным сегментом в верхней части и черным зрачком.

Когда тетры достигли нерестового состояния, о чем свидетельствовали пополневшие брюшки самок, я начал готовить их к разведению. Сведений о том, какие условия для этого нужны, конечно, не было. Решил действовать по традиционной схеме размножения многих американских тетр. Взял стеклянную банку объемом 15 л, закрыл дно предохранительной сеткой, поместил пучок яванского мха и поставил емкость в полумрак на недельную продувку. Вода в ней была дистиллированная, отстоянная в течение десяти дней, без каких-либо добавок рН 6,2, dGH.

Тетра Стегеманна желтая

По истечении недели уменьшил ток воздуха, прикрыл картонкой переднюю стенку банки, чтобы рыбки не беспокоились, повысил температуру до 27°С и выбрал пару: самую пухлую самочку и наиболее крупного самца. Необходимо отметить, что в общем аквариуме рыбы не демонстрировали признаков какой-либо взаимной симпатии. Изредка самцы затевали что-то вроде легкого флирта, но самки их ухаживания не принимали, отгоняли. Куда чаще «кавалеры» соперничали между собой, толкались рылами или, распуша плавники, «терлись» боками. Опять же, картина, очень напоминающая поведение орнатусов (H.bentosi).

Посадив вечером производителей в нерестовик, я аккуратно пытался наблюдать за их поведением через боковое стекло. Два дня рыбки либо просто стояли по углам банки, либо пугливо жались друг к другу, не предпринимая никаких попыток к икрометанию. Пришлось через капельницу (тонкой струйкой) заменить примерно треть воды на более свежую, дистиллированную. Дважды проведенная процедура дала результат: самец стал преследовать самку, гоняясь за ней по всему аквариуму. Причем перемещалась пара и в приповерхностном слое, и около дна.

Тетра Стегеманна размножение

Я бы не сказал, что гон очень интенсивный: периодически самка замедляла движение, подпуская партнера. Тот прижимался к ней на пару секунд, затем следовал скоротечный отдых, и все повторялось снова. Через пару часов я вернул производителей в общий аквариум. Взяв фонарь, посветил под сетку и сначала ничего не увидел. Лишь меняя угол падения света, обнаружил икру -очень мелкую и абсолютно прозрачную.

Слил примерно 2/3 воды, оставив слой около 8 см, и закрыл банку со всех сторон черной бумагой. По старинке всегда это делаю, хотя считаю совсем не обязательным. Утром убрал «занавесь» и снова посветил на икру. Вот теперь она стала хорошо видна, так как зародышевый диск оказался очень темным, практически черным. Икра была разбросана по всему дну достаточно ровно и напоминала маковые зернышки. Процент неоплодотворенной оказался не высок — около 20% при общем ее количестве 150-200 шт. Что ж, для первого нереста неплохой результат. Осталось подождать еще сутки.

Неожиданностей, к счастью, не случилось: в положенный срок личинки вылупились (очень мелкие, с темным желточным мешком), только вот вели они себя странно для харацинок: на свет не реагировали, не «стреляли» при встряхивании, как положено. Просто валялись на дне как будто неживые. Редкие из них время от времени лениво меняли место «лежки». Естественно, это обстоятельство меня насторожило и расстроило.

И не зря. Через пять дней основная масса личинок так и не расплылась, а спокойно скончалась, не приходя в движение. Лишь единицы встали на плав, да и те были очень слабые и почти не шевелились. И все равно, я решил их выкармливать — разведение первое, хотелось получить хоть что-то. В качестве стартового корма я предложил прудовую «пыль». Науплиусов артемии сразу давать не рискнул — уж больно мелкой была молодь.

Недели через две посадил того же самца на нерест в точно такую же банку с теми же параметрами воды. В партнерши ему выбрал опять наиболее полную самочку. В целом картина нереста повторилась, а вот результат оказался куда более радужным: выклюнувшиеся на вторые сутки личинки были очень подвижны. На третий день они повисли на боковых стенках, на пятый — дружно расплылись и стали активно потреблять живую «пыль», а спустя еще четверо суток спокойно брали науплиусов артемии. Дальнейшее выкармливание никаких хлопот не доставляло. «В чем же дело? — спросите вы. — Отчего такая разница в итогах?» Не знаю! Могу только предполагать, но грузить читателя немотивированными гипотезами и догадками не хочу. Надеюсь, последующий опыт поможет найти ответ на эти вопросы.

Пока же способен утверждать одно: тетра-саванна — отличный представитель американских харацинок и смело может быть рекомендована всем без исключения любителям рыб этой группы. Уверен, закрепившись у аквариумистов, она займет достойное место в плеяде многочисленной родни. Равно как и следующий герой моего повествования — Hyphessobrycon nigricinctus Zarske-Gery, 2004, или «Peru imperator».

Поначалу рыбки были очень пугливы и, сбившись в стайку, стояли в наиболее затемненном углу аквариума. Чтобы каким-то образом помочь им освоиться в новой обстановке, я разместил в карантиннике несколько кустов таиландского папоротника и пучков яванского мха. Это возымело действие: молодь стала посещать и более освещенные места, хотя при малейшем беспокойстве пряталась за растениями. Корм рыбки получали ежедневно, и это опять были артемия и спирулина (как и их соседи в рядом расположенном харациннике — тетрысаванна).

Потерь, слава богу, удалось миновать, и харацинки, постепенно обживаясь, становились все более активными. Месяца за три они выросли примерно в два раза и наконец-то явили взору свойственную виду окраску. Лишь теперь я смог вздохнуть облегченно: действительно, фотографии моих ожиданий не обманули — эти тетры великолепны.

Общий фон тела нежно-палевый. У жаберной крышки начинается широкая черная полоса, тянущаяся к хвосту и делящая его пополам. Над ней — узкая неоновая полоса (также проходит вдоль всего тела). Но самый шик — это непарные плавники: хвостовой с ярко-красными лопастями и спинной с анальным, украшенные по внешнему краю широкими красными лентами. Жировой плавничок — и тот красного цвета. При правильно подобранном свете эти рыбки выглядят очень нарядно. Не зря, видимо, получили «императорский титул».

них, пожалуй, самый привлекательный и яркий. Дорастал бы он, например, до размеров «пальмери» или хотя венно обесцвечиваются, и становится весьма проблематичным понять, где «мужички», а где «дамы». Приходится по одной сажать их в специальные стаканчики и при ярком свете определять пол «добычи». У самки, на мой взгляд, анальный и спинной плавнички чуть-чуть меньше, а плавательный пузырь тупее и больше закрыт. Несмотря на все эти проблемы, с парой, как позже выяснилось, я угадал.

Как обычно, посадил потенциальных производителей вечером в банку, прикрыл экраном переднее стекло, чтобы рыбки успокоились, и стал ждать. Просидели страдальцы в изоляции почти трое суток, но нереста так и не последовало. Я и тут стал через капельницу менять по половине объема воды в течение трех дней. Но то, что помогло в разведении «саванны», в данном случае не срабатывало.

Прошла неделя, а результата все не было. Начал подбрасывать паре коретру — понемногу, чтобы все съедали без остатка. Понятное дело, кормления в нерестовике лучше избегать, но и голодом морить рыб не хотелось. Хотя в моей практике были случаи (и я их описывал в предыдущих публикациях в журнале «Аквариум»), когда африканские тетры и краснополосые расборы нерестились после длительных бескормных периодов. Миновало еще 3 дня, и я пересадил бедолаг в новую банку с точно такой же вобы «керри», было бы великолепно. Но и так здорово! Когда красавицы набрали нерестовую кондицию, я, естественно, задался целью получить от них потомство.

Как и в случае со «стегеманни», подготовил банку, но уже несколько меньшего размера — 10 л. Вода — дистиллят, на дне — сетка, кустик мха. Обязательная предварительная недельная аэрация — и, наконец, посадка на нерест. Сложным для меня стало выбрать из стаи подходящую самку. И дело не только в том, что они очень шустры. Куда хуже, что при испуге рыбы почти мгнодой (кстати, забыл указать: рН 6,2, dGH 1°). И вновь полное отсутствие результата.

В это время «саванны» отложили икру, и я заменил половину объема воды в емкости с «императорами» водой из нерестовика с тетрами-саваннами. И уже на следующий день состоялось долгожданное икрометание.  Несмотря на присущие производителям скромные размеры, икра оказалась довольно крупной. Возможно, она у этих тетр набухает, оказавшись в воде, хотя определенно этого утверждать я не могу. Надо еще работать и работать с «перуанскими императорами», чтобы о чем-то говорить уверенно. А первый нерест — это скорее удача, чем методически освоенное разведение.

Икринки желтоватого цвета, прозрачные, процент оплодотворенных оказался достаточно высок: около 80 %. А вот плодовитость выдающейся не назовешь — около 100 штук. Выклюнувшиеся личинки относительно крупные -длиной приблизительно 4 мм — и какие-то толстенькие, что ли. Их поведение не вызывало беспокойства, и на пятый день они поплыли. Кормление в течение 3 дней прудовой «пылью» показало, что такой стол им вполне по вкусу. В дальнейшем мальки получали по 2 раза в день науплиусов артемии.

Темпы роста «саванн» и «императоров» практически одинаковые, но поскольку молодь первых изначально мельче, то и через месяц эта разница в размерах сохраняется. А теперь хочу познакомить вас с еще одной симпатюшкой — оранжевым боливийским пульхрипиннисом (Hyphessobrycon pulchripinnis Orange Bolivia).

Обычный пульхрипиннис, или лимонная тетра, описанный Алем (E.Ahl) в 1937 г., уже более 70 лет плавает в аквариумах европейских любителей и свыше полувека известен аквариумистам России. Обладая миролюбивым характером, отличаясь неприхотливостью в содержании и простотой разведения, эта тетра для многих стала своего рода тренажером, на котором тысячи начинающих рыбоводов отрабатывали навыки обхождения с харацинками. Ареалом «лимонки» являются водотоки в окрестностях гор Пара в Бразилии. Описывать здесь тонкости ухода за ней, думается, не стоит.

Я бы даже не стал начинать с напоминания о номинативной форме лимонной тетры, если бы новый вид (или, возможно, цветовая форма, географическая раса) не был ее практически точной копией. Но расскажу обо всем по порядку. В середине 2010 г. в прайс-листе «Aquarium Glaser» появилось первое упоминание о возможности поставок этой диковинки. Естественно, мне захотелось посмотреть, что представляет собой новый пульхрипиннис, вот я и заказал партию. По получении запустил, как обычно, в карантинный аквариум с хорошо отстоянной водопроводной водой (температура около 25°С, dGH 10°, рН 7), оснащенный фильтром и воздушным насосом. Грунта в емкости не было, из флоры — два больших куста таиландского папоротника в качестве укрытий.

Новички в то время были невелики — около 1,5 см длиной, — бледные, серо-желтого цвета и достаточно утомленные перелетом, перевозками, сменой гидрорежима и т.д. На следующий день после «прописки» в моем хозяйстве они несколько успокоились и подкормились науплиусами артемии и тетровской спирулиной. Аппетит у них был отменным, да и вообще они шустро носились по 100-литровому водоему. Все это говорило о том, что переселение прошло для них удачно.

Памятуя, что, согласно прайсу, они должны быть «Orange», я взял переносную лампу и под разными углами стал освещать аквариум, выискивая признаки этого самого «оранжа». И, к разочарованию своему, ничего не нашел — так, чуть заметный розоватый оттенок на непарных плавниках. Правда, я попутно осмотрел новоселов на предмет нежелательных «поселений» на их телах и с удовлетворением убедился, что харацинки пришли «чистыми».

Итак, первое впечатление: обещанного фирмой цвета нет, но не наблюдается и окраски пульхрипиннисов, характерной для их молоди в этом возрасте. Как известно, надежда умирает последней, и я стал выкармливать рыбок, считая, что когда-нибудь они окрасятся. Правда, меня одолевали сомнения: не впустую ли я потратил деньги. Ведь каждый такой «апельсин» обошелся мне в сумму, достаточную для приобретения 10 обычных «лимонов» или 20 неонов.

Никаких сведений, дающих ответ на вопросы, где конкретно в Боливии выловлена рыба, кто ее описал, как акклиматизировал, когда развел и т.д., я не нашел. Тем не менее рыбки уже у меня имелись, а потому надо было их вырастить и размножить, как минимум сопоставив поведение в «быту» и на нересте с исходной формой. Месяца через 2-2,5 «оранжи» заметно подросли, но осталось их только три штуки. По совершенно непонятным для меня причинам все остальные тихо умирали одна за другой. Почивших особей я всесторонне осматривал под бинокуляром и даже вскрывал, но никаких патогенных отклонений не нашел. Уже будучи длиной около 3 см, рыбки окрасились. Их тело оказалось ровного розового цвета, а непарные плавники —  ярко-оранжевыми.

Для более детального сравнения я приобрел несколько взрослых пульхрипиннисов, запустив их в одну «банку» с новоселами. Плавали они, не обращая внимания друг на друга, но и не конфликтовали между собой (равно как и с другими харацинками). К сожалению, все оставшиеся в моем распоряжении особи оказались самцами, поэтому разведение новинки пришлось отложить до лучших времен. А наступили они, когда я все же заказал новую партию, так как подросшие рыбки по цвету мне постепенно стали нравиться.

Попросив прислать мне крупные и разнополые экземпляры, приготовился к ожиданию. А чтобы не тратить зря время, решил попробовать скрестить оранжевого самца с самкой обычной «лимонки». Разведение обычных пульхрипиннисов давно и хорошо освоено и не представляет для современных аквариумистов никаких трудностей. Действуя по привычной схеме, подготовил 15-литровую стеклянную банку, залил ее дистиллированной водой с добавлением некоторого количества отстоянной водопроводной. Жесткость после смешения получилась около 2°dGH при рН 6,6, что вполне устраивало меня, а главное, должно было устроить и потенциальных производителей.

Положив на дно нерестовика сетку, я, как вы уже догадались, включил аэрацию и оставил банку на неделю, после чего опустил в сосуд пучок яванского мха, уменьшил продувку и запустил отобранную пару. Нереста так и не последовало, хотя рыбы провели в банке аж 2 недели. Подливал свежую воду, менял температуру, «гонял» рН от 5,8 до 7,2, вливал воду из емкостей, в которых уже кто-то отнерестился, кормил… Ничто не помогало. Стало понятно, что генетически рыбы отличаются и не скрещиваются. Причем посаженная самка простого пульхрипинниса была в очень хорошей нерестовой кондиции: прежде чем вернуть ее в общий аквариум, пришлось даже сцедить икру, которая выдавливалась без всяких усилий.

Вскоре из Германии пришло долгожданное пополнение. Однако радость моя оказалась преждевременной. Новички не достигли половой зрелости -им до этой возрастной стадии нужно было расти и расти. Пришлось делать еще один заказ, поскольку определить пол особей из второй посылки пока не представлялось возможным, а хорошо известно, что жизнь мелких харацинок в аквариуме непродолжительна и репродуктивную функцию они утрачивают довольно рано. Надо было спешить. Третья попытка оказалась удачной: «оранжи» пришли молодые, здоровые, а главное — разнополые.

Вся эта эпопея с заказами и выращиванием заняла месяцев семь-восемь. Зато у меня скопилось достаточно рыбьего «материала» для работы. Опять же, ценным приобретением я посчитал сообщение И.Ванюшина о том, что «апельсинам» для успешного размножения требуется нерестовик объемом около 40 л (эти сведения он откопал на каком-то сайте во Всемирной паутине).

Я решил начать опыты с сосуда вместимостью 20 л. Залив «банку» дистиллятом десятидневной перегонки (dGH 1°, рН 6,2), подверг сосуд недельной интенсивной аэрации. Затем положил на дно предохранительную сетку, опустил большой пучок яванского мха, задал температуру 27°С, оставил небольшой продув и посадил пару производителей — теперь уже только «рыжих» — на нерест. Закрыл банку со всех сторон картоном (за исключением смотрового стекла, на которое падал свет из окна). В картонке фронтальной стенки сделал вертикальную щель (длиной около дециметра), позволяющую наблюдать за обитателями емкости.

Первые сутки прошли спокойно: рыбы просто стояли ближе ко дну банки недалеко друг от друга. К полудню следующих суток в сосуде началось движение, но не активное, а так — перемещения из угла в угол, с нижних слоев в верхние и т.п. Иногда самка отпугивала излишне, по ее мнению, близко подплывшего к ней самца.

Однако спустя несколько часов, ближе к вечеру, обе рыбки уже сновали по нерестовику синхронно: в углах, снизу вверх и обратно. На следующее утро самец усилил активность. Вот в это время окраска рыб действительно предстала во всем великолепии. Вообразите: ярко-оранжевый корпус и огненно-красные спинной и анальный плавники, а верхняя часть радужки сверкает рубином. Нерест продолжался не более часа, после него «оранжи» успокоились и мирно стояли у дна, изредка подрагивая. Сняв с нерестовика «маскировку», я выловил пару и вернул ее в общий аквариум. Свет фонаря позволил выявить на дне большое количество мелкой, янтарного цвета икры.

Слив больше половины воды, я вновь закрыл нерестовик со всех сторон, в том числе и сверху, картоном и уже следующим вечером имел счастье наблюдать за поведением многочисленных (по очень ориентировочным подсчетам, более полутора сотен) личинок. Правда, и неоплодотворенной икры оказалось достаточно много -процентов сорок. Таким образом, общий выброс икры составил 300-350 шт. Личинки у этого пульхрипинниса такого же размера, как и у обычного. Они прозрачные, ко времени расплыва (на 4-е сутки) — серые.

Кормом малькам на протяжении первой недели жизни вновь послужила прудовая «пыль», причем давал я ее двукратно: с утра и во второй половине дня. Со второй недели основу рациона молоди составили науплиусы артемии (тоже дважды в день). Начиная с 1,5-2 месяцев молодь смело можно переводить на резаного трубочника (хорошо выдержанного и промытого) или на ракообразных. По устоявшемуся правилу, в день расплыва я бросаю в нерестовик молодь улиток («катушек»), которые с успехом подъедают оставшуюся неоплодотворенную икру и невостребованный мальками корм.

В заключение рассказа о боливийском пульхрипиннисе хочется отметить, что он вполне достоин всяческих похвал. Взрослые, полностью набравшие цвет особи выглядят очень эффектно.

Однако тему размножения «оранжей» я никак не могу считать исчерпанной: имеются многочисленные вопросы. Например, не раз случалось, что нормально вроде бы развивающиеся личинки на третий день погибали без каких бы то ни было видимых причин. А иногда «апельсины» просто отказывались нереститься в условиях, в которых ранее охотно метали икру. То есть, чтобы полностью успешно завершить полную акклиматизацию этой рыбы, надо еще работать и работать.

Кое-какие неясности остаются и в пестовании последней из анонсированных мной в начале статьи новинок — тетры Люткена. Надеюсь, что вскоре мне представится шанс рассказать уважаемым читателям и об этой оригинальной харацинке.

Рыбки — это несомненно интересно, но лучше собак, нет ни одного домашнего животного. Не верите? Проверьте! Купите себе щенка риджбека, и вы поймете, что это за чудо. Красивый, ласковый, игривый, радующий друг.  А если у Вас дома ребенок, то никаких проблем нет, риджбек и сваше чадо станут настоящими друзьями на долгие годы.

Добавить комментарий